В Мьянме трехлетняя девочка дала показания по резонансному делу об изнасиловании, которое она пережила в мае (тогда ей было всего два года).
Девочка, которая в материалах дела фигурирует под псевдонимом Виктория, около двух часов в присутствии адвокатов рассказывала суду по видеосвязи о том, что с ней произошло.
В отличие от предыдущих слушаний, в зал заседаний не допустили представителей прессы и общественности, чтобы защитить личность пострадавшего ребенка.
Как сообщается, во время дачи показаний девочка опознала по фотографиям двух людей, которые ранее в деле не фигурировали.
Дело Виктории вызывает множество споров в Мьянме не только из-за маленького возраста предполагаемой жертвы, но также из-за вызывающей вопросы процедуры дачи показаний, которой ее решили подвергнуть.
В адрес властей и полиции звучат обвинения в некомпетентности. Многие считают, что настоящий преступник до сих пор находится на свободе, а полиция задержала не того человека.
По всей стране прошли акции протеста с требованием расследовать нападение на Викторию и наказать виновных. Участники демонстраций также требовали остановить тревожную тендунцию роста сексуальных преступлений в стране, особенно в отношении детей.
Что говорит полиция?
Утром 16 мая двухлетнюю девочку отвели в частный детский сад Wisdom Hill в столице Мьянмы Нейпьидо. Именно в детском саду, по словам ее родных и местной полиции, она и была изнасилована.
Первой травмы Виктории заметила ее мать, и ребенка отвезли в больницу. Обследование показало, что девочка подверглась сексуальному насилию.
Полиция утверждает, что не могла сразу допросить девочку из-за прописанного ей курса лекарств. Отец Виктории говорит, что полиция позже все же побеседовала с ребенком.
Как утверждали в полиции, виновного в преступлении удалось задержать по горячим следам.
30 мая был арестован 29-летний школьный водитель Аун Гьяй. Однако анализ ДНК оказался неопределенным, вскоре из-за недостатка улик его пришлось отпустить.
3 июля Аун Гьяй вновь был взят под стражу и сейчас находится под следствием, хотя сомнения в его виновности остаются.
Friday, September 13, 2019
Friday, September 6, 2019
В России началась катастрофа с лекарствами
Российский рынок массово покидают лекарства. Эксперты уже составили список, в котором примерно 700 позиций, — этих препаратов у нас больше нет. Среди них жизненно необходимые и не очень, дорогие и дешевые, простые и высокотехнологичные...
Пока российские власти с гордостью говорят о том, что удерживают цены на препараты, производители — как иностранные, так и российские, — поняв, что не дураки же они работать себе в убыток, просто перестают их нам поставлять или выпускать.
Лекарств нет как в аптеках, так и в стационарах — с начала 2019 года осталось без заявок почти 30% тендеров госучреждений на закупку лекарств. Люди во многих регионах останутся без инсулина, без сыворотки от бешенства и без иммуноглобулина от клещевого энцефалита.
За первое полугодие по 47 тысячам тендеров госучреждений на закупку лекарств не подано ни одной заявки. Речь идет почти о каждом четвертом тендере в стране. В последний год количество сорванных аукционов, на которые не вышел ни один поставщик, выросло вдвое. Производители массово отказываются поставлять в наши больницы, а также по программам льготного обеспечения пациентов лекарства по демпинговым ценам, на которых настаивает государство, принявшее новую методику расчета цены по госконтрактам.
Больше всего тендеров не удалось разыграть больницам Москвы: поставщики не стали участвовать в 4,3 тыс. из 13 тыс. объявленных аукционов. Например, полностью сорван контракт на поставку вакцин против папилломавируса человека: участвовать в нем не захотел ни один поставщик. Провалилась также половина тендеров в Саратовской области. В Дагестане и Псковской области было сорвано по 45% аукционов. Еще в 24 регионах более трети тендеров не заинтересовали потенциальных поставщиков.
Эксперты отмечают, что чаще всего срывались аукционы на инсулин и вакцины против бешенства. По данным сайта госзакупок, сорвано 692 из 2,8 тысячи тендеров на поставку инсулина (дефицит этого жизненно важного препарата уже ощутили в разных уголках страны). Но с вакциной от бешенства все значительно хуже: сорвано 429 из 573 объявленных тендеров. В дефиците скоро будет и иммуноглобулин человека против клещевого энцефалита (сорвано 144 тендера), а также препарат антипсихотического действия хлорпромазин (251).
Все плохо и с рядовым физраствором: не состоялось 683 тендера из 1840 объявленных. Тревожная ситуация и с жизненно важными лекарствами для онкобольных: сорвано 162 тендера на закупку биопрепарата от рака легких, почки и кожи ниволумаба; 140 тендеров — на закупку ритуксимаба, средства от неходжкинской лимфомы и ряда ревматоидных заболеваний; в больницах будет дефицит циклофосфамида, который применяют при раке легкого, молочной железы, яичек. «Нам поступает много сообщений о том, что в регионах не хватает инсулина и других препаратов, например против ВИЧ», — говорит глава Лиги пациентов Александр Саверский.
Пока российские власти с гордостью говорят о том, что удерживают цены на препараты, производители — как иностранные, так и российские, — поняв, что не дураки же они работать себе в убыток, просто перестают их нам поставлять или выпускать.
Лекарств нет как в аптеках, так и в стационарах — с начала 2019 года осталось без заявок почти 30% тендеров госучреждений на закупку лекарств. Люди во многих регионах останутся без инсулина, без сыворотки от бешенства и без иммуноглобулина от клещевого энцефалита.
За первое полугодие по 47 тысячам тендеров госучреждений на закупку лекарств не подано ни одной заявки. Речь идет почти о каждом четвертом тендере в стране. В последний год количество сорванных аукционов, на которые не вышел ни один поставщик, выросло вдвое. Производители массово отказываются поставлять в наши больницы, а также по программам льготного обеспечения пациентов лекарства по демпинговым ценам, на которых настаивает государство, принявшее новую методику расчета цены по госконтрактам.
Больше всего тендеров не удалось разыграть больницам Москвы: поставщики не стали участвовать в 4,3 тыс. из 13 тыс. объявленных аукционов. Например, полностью сорван контракт на поставку вакцин против папилломавируса человека: участвовать в нем не захотел ни один поставщик. Провалилась также половина тендеров в Саратовской области. В Дагестане и Псковской области было сорвано по 45% аукционов. Еще в 24 регионах более трети тендеров не заинтересовали потенциальных поставщиков.
Эксперты отмечают, что чаще всего срывались аукционы на инсулин и вакцины против бешенства. По данным сайта госзакупок, сорвано 692 из 2,8 тысячи тендеров на поставку инсулина (дефицит этого жизненно важного препарата уже ощутили в разных уголках страны). Но с вакциной от бешенства все значительно хуже: сорвано 429 из 573 объявленных тендеров. В дефиците скоро будет и иммуноглобулин человека против клещевого энцефалита (сорвано 144 тендера), а также препарат антипсихотического действия хлорпромазин (251).
Все плохо и с рядовым физраствором: не состоялось 683 тендера из 1840 объявленных. Тревожная ситуация и с жизненно важными лекарствами для онкобольных: сорвано 162 тендера на закупку биопрепарата от рака легких, почки и кожи ниволумаба; 140 тендеров — на закупку ритуксимаба, средства от неходжкинской лимфомы и ряда ревматоидных заболеваний; в больницах будет дефицит циклофосфамида, который применяют при раке легкого, молочной железы, яичек. «Нам поступает много сообщений о том, что в регионах не хватает инсулина и других препаратов, например против ВИЧ», — говорит глава Лиги пациентов Александр Саверский.
Subscribe to:
Posts (Atom)